Аракчеев

Но уже в первые послевоенные годы Александр I проводит и ряд реакционных мер. Среди них наиболее жестокой явилось учреждение в 1816 г. военных поселений, которые А. И. Герцен назвал «величайшим преступлением царствования Александра I». Создание военных поселений вытекало из задачи поисков новых форм комплектования армии и разрешения острых финансовых проблем путем перевода части армии на «самоокупаемость», т. е. устройства солдат на земле, чтобы они наряду с военной службой занимались и земледелием и тем содержали себя.

Население определенного региона обращалось в военных поселян, которые назывались «поселянами-хозяевами», а к ним поселяли солдат, составлявших так называемые «действующие» (регулярные) батальоны и эскадроны. И «поселяне-хозяева» и солдаты «действующих» поселенных частей одновременно должны были заниматься земледелием и военной службой. И служба и быт были до мелочей регламентированы. Это был худший вид крепостной неволи. Устройство военных поселений в Новгородской, Херсонской и Харьковской губерниях встретило отчаянное сопротивление местного населения, переводимого на положение военных поселян.

Начальником всех военных поселений был назначен А. А. Аракчеев показатель того, какое большое значение придавал Александр этому учреждению. Аракчеев первоначально высказывался против военных поселений, предлагая сократить срок солдатской службы до 8 лет и из увольняемых в запас создавать необходимый резерв. Но как только вопрос о военных поселениях был решен Александром I, Аракчеев стал рьяным и последовательным проводником в жизнь этой меры. По наблюдению историка Н. К. Шильдера, Аракчеев усмотрел «в этой царственной фантазии верное средство еще более укрепить свое собственное положение и обеспечить в будущем преобладающее влияние на государственные дела».

Аракчеев начал службу при дворе в царствование Павла I. Сначала Александр его недолюбливал и однажды в кругу гвардейских офицеров назвал его «мерзавцем», но затем увидел в нем «привлекательные» качества: педантичность и поистине маниакальную приверженность к «порядку», неукоснительную исполнительность и незаурядные организаторские способности. Письма Александра Аракчееву в эти годы пестрят уверениями в «дружбе» и выражениями «сердечных чувств», подытоженными в письме 1820 г.: «Двадцать пять лет могли доказать искреннюю мою привязанность к тебе и что я не переменчив». Импонировали Александру I в Аракчееве и его твердый характер, готовность не считаться с любыми препятствиями и жертвами при выполнении поставленных перед ним задач. Карьера Аракчеева при Александре I (как и Сперанского) началась в 1803 году.

В 1808 г. Аракчеев уже военный министр и — надо отдать ему должное — на этом посту (до 1810 г., когда его сменил Барклай де Толли) он сделал немало для вооружения русской армии первоклассной артиллерией. Но «звездный час» Аракчеева наступил со времени назначения его начальником военных поселений и председателем Департамента военных дел Государственного совета. 1822–1825 гг. — время наивысшего могущества этого временщика, которого ненавидела вся Россия. На положении фактически первого министра он являлся единственным докладчиком императору по всем отраслям управления, даже по ведомству Святейшего синода. Все министры были обязаны представлять свои доклады императору «через графа Аракчеева».

Современники, а впоследствии и ряд историков, видели в «змие Аракчееве» главное «зло» России тех лет. Недаром это лихолетье последнего периода царствования Александра I было окрещено «аракчеевщиной». Современники дело представляли так, что император, занятый больше внешнеполитическими делами, а в последние годы испытывая «глубокую утомленность жизнью», передал управление страной своему жестокому фавориту. Известный мемуарист того времени Ф. Ф. Вигель отзывался об Александре I как о «помещике, сдавшем имение управляющему» (Аракчееву), в полной уверенности, что в этих руках «люди не избалуются».

Монархически настроенные дворянские историки (М. И. Богданович, Н. Ф. Дубровин, Н. К. Шильдер) пытались все беды страны свалить на Аракчеева, чтобы тем самым в благоприятном свете представить Александра I. Нисколько не отрицая большого влияния этого временщика на ход государственных дел, все же надо подчеркнуть, что вдохновителем реакционного курса был сам царь, а Аракчеев лишь усердно претворил эту политику в жизнь. Александр, даже находясь за границей, держал все нити управления в своих руках, вникая во все мелочи, касающиеся, кстати, и «ведомства» самого Аракчеева — военных поселений. Начальник штаба военных поселений П. А. Клейнмихель свидетельствовал, что многие из аракчеевских приказов по военным поселениям собственноручно правил император.

Через сеть осведомителей Александр внимательно следил за умонастроениями в России и отдавал соответствующие предписания генералам, возглавлявшим сыск. Александр мастерски умел «перекладывать свою непопулярность» на других. Это видел и сам Аракчеев, говоря, что император представляет его «пугалом мирским». Отлично зная его «переменчивую натуру», Аракчеев даже в годы могущества не был уверен в прочности своего положения. Одному из сановников он говорил об Александре I: «Вы знаете его — нынче я, завтра вы, а после опять я».


Выдвижные шторки на автомобильные стекла www.440044.ru.